Путешествие в музей игровых приставок — let’s play retro!

Интерактивный музей игровых приставок LVLup!, расположенный по адресу Пярну мнт., 154, открыт каждый день, кроме понедельника.

Музей игровых приставок LVLup!, расположенный в Таллинне на территории творческого городка ARS, – сам по себе ностальгическое путешествие. Путешествие в то время и состояние, когда за набором пикселей на экране мы видели гораздо больше, чем просто усатого водопроводчика, сверхскоростного синего ежа или угловатые очертания замка короля вампиров. Комната в типовой квартире спального района, желтый свет торшера, узнаваемая советская мебель – и посреди всего этого портал в измерение фантазий и грез. Открывался он при помощи китайской восьмибитной приставки и желтых картриджей с пиратскими видеоиграми.

Манящая и будоражащая вселенная – что скрывается за непонятными иероглифами и лихо нарисованными сценами между уровнями очередной игры про ниндзю? Куда и за чем он ведет нас? И какое волшебство таится за пестрой обложкой нового картриджа с неизвестными аниме-персонажами, который ты выменял у одноклассника на «Чипа и Дэйла»? Эти или похожие воспоминания окутывают вас, когда вы попадаете в LVLup!, который открыли Андрейс Русиновскис и переехавший в Таллинн француз Камиль Лаурелли.

Андрейс знакомит меня с экспонатами музея – ряд знакомых «восьмибиток» с танчиками, утками и Contra, заветная и недостижимая в детстве Super Nintendo, причудливый ZX Spectrum с играми на аудиокассетах, редкая Sega Saturn и доступная по случаю детям моряков Sega Master System, игровые автоматы, современные консоли, портативки и советские эпигоны Pong. Им нет конца и края. И во все это можно поиграть! Тем более уютная атмосфера музея к этому очень располагает.  Антураж вокруг экспонатов – один в один из детства нынешних ретро-геймеров. Трубочные телевизоры, яркие ковры, знакомые кресла и мебельные секции с плакатами, видеокассетами, журналами и прочими знаками времени из ранних 90-х… И вот я словно снова в той типовой комнате. Мой семилетний сын усаживается перед Sega Mega Drive 2 играть в Соника, а я и Андрейс в теплой атмосфере мерцающих чудесами экранов говорим о том, как им с Камилем удалось воплотить мечту многих детей моего поколения.

Кому и как пришла в голову такая трудоемкая для воплощения идея–создать музей игровых приставок? С чего началась ее реализация?

Идея родилась неожиданно. Так уж получилось, что судьба свела меня с одним интересным французом по имени Камиль Лаурелли. Он преподает в Академии художеств. Как-то раз я попал на выставку Infinite Lives («Бесконечные жизни») об игровых приставках. Там можно было поиграть во все экспонаты. Выставка была небольшой, но с довольно приятной атмосферой. Было собрано много старых вещей, не только игровых приставок: использовались старые телевизоры, техника, ковры – в общем, все для создания атмосферы. Мы разговорились с организатором, кем и был Камиль, и он пригласил меня еще раз, уже в рамках ночи музеев – у них как раз проходил там праздник. На ночи музеев все уже было забито людьми. Камиль сказал, что выставка оказалась невероятно популярной – в Ночь музеев ее посетило более 300 человек, – и было бы интересно открыть кафе или музей игровых приставок. Мы начали обсуждать эту идею. За две недели я написал проект – какое нам нужно помещение, какие приставки, сколько может стоить аренда, какая может быть прибыль, рассчитал примерную стоимость билетов.

Как вы выбрали место для музея?

Сначала мы пошли в район Теллискиви – им идея понравилась. Потом участием в этом проекте заинтересовались еще несколько людей. В ходе обсуждений кто-то откалывался, кто-то новый появлялся. А у Камиля есть студия в ARSi maja. Он рассказал директору ARSi maja Индреку Кёстеру, что мы хотим открыть музей игровых приставок, и тому тоже понравилась эта идея. Индрек показал нам несколько помещений, и мы выбрали самое большое, раньше это был цех, связанный с работой по металлу. Оно было в очень плохом состоянии, и мы решили сделать ремонт полностью за свой счет. В помещении не было не только отопления, но также электричества и воды. В течение целого месяца мы работали день и ночь. Я в прошлом молодежный работник, сейчас снова вернулся к этому занятию в молодежный центр. Позвал молодежь Пыхья-Таллинна, с которой работал раньше. Мне пришли помочь человек 20. Камиль позвал своих студентов. Сначала мы посетили некоторые фонды. Пошли в городской фонд получить пособие для нового предприятия, но там довольно серьезная отчетность, и надо расти на 20% в год, создавать рабочие места. Поскольку идея настолько новаторская и необычная, мы решили, что это немного опасно для нас – даже если мы получим деньги, сможем ли оправдать надежды? А по условиям, если не получилось, то нужно деньги возвращать… И мы решили попробовать сделать все сами за свои деньги. У Камиля была небольшая поддержка из Франции – там есть организация по сохранению дигитального искусства MO5, всего, что связано с играми. Здесь в Эстонии мы написали в разные организации, и они нам помогли вещами. Одна фирма, расположенная неподалеку, занимается тем, что оформляет выставки для музеев. Они нам дали экраны, кресло, чтобы сделать основу для гоночного аркадного автомата.

Антураж музея очень точно воссоздает «теплую и ламповую» атмосферу геймерского быта 90-х.

Как ни странно, самая большая польза была от всевозможных комиссионок. Мы никогда с ними не заключали никаких контрактов, просто так получилось, что, когда у них конец месяца и они распродают все за полцены, мы заходили к ним и скупали по полмагазина. Работники на нас как на сумасшедших смотрели. Когда кто-то из знакомых переезжал, мы к ним заходили и выносили буквально всю мебель. Параллельно мы делали ремонт. Потихоньку протянули электричество, все помыли, покрасили в белый цвет. У Камиля была своя галерея во Франции, он делал много выставок, и вообще опыт у него очень большой. Он прекрасно знает, как правильно подобрать стиль, как использовать пространство. А у меня хорошие навыки просто работать руками и все ремонтировать. Мы использовали эти навыки и создали из ничего наш музей игровых приставок. Он, конечно, еще не полностью готов, но здесь уже есть, чем заняться. Люди приходят – это самое главное.

А сколько людей приходит в музей? 

Мы открылись второго сентября, когда еще не все было готово. Снаружи даже вывески не было, но в день открытия к нам пришло около 130 человек. Хотя денег на рекламу мы еще не тратили, люди идут. Открыты мы каждый день, кроме понедельника. На неделе людей не так много, иногда – восемь, иногда – три человека за весь день, но на выходных полный дом. От 40 до 70 человек в субботу и воскресенье. Люди потихоньку начали праздновать тут свои дни рождения. Начали приходить школы. Преподаватели сами нашли нас на Фейсбуке. Когда стартовали, сразу начались проблемы с тем, что телевизоры горят, приставки какие-то ломаются – все это надо ремонтировать, постоянно менять провода, джойстики. И вот мы параллельно все это чиним и работаем.

Я вижу, у вас довольно серьезная коллекция, при этом все экспонаты в хорошем состоянии. Ведь это очень затратно. Та же Super Nintendo стоит сейчас немалых денег. А я видел у вас довольно редкие экземпляры, вроде Sega Saturn – ее нечасто встретишь в нашей стране. Все эти приставки – это из личной коллекции или все это было специально где-то заказано, куплено? Как все это собиралось?

У Камиля была небольшая коллекция, которую он привез из Франции. Многие вещи, которые у нас сейчас здесь есть, просто не купить в Эстонии. Только если заказать откуда-то извне. Также небольшая коллекция была у меня. Но когда мы начинали делать музей, было понятно, что наших коллекций недостаточно. Нашлись добрые люди, которые отдали нам свои вещи. Почти у каждой приставки в музее есть своя история. Я потихоньку выкладываю эти истории у нас в Фейсбуке. Пришел парень, помог покрасить стенку, сказал, что у него дома есть портативная приставка Nintendo DS, и отдал ее вместе с играми. После этого пришел мужчина и предложил второй PlayStation с играми.

Две приставки Super Nintendo — премиум-класс в свое время, более доступная Sega Mega Drive 2 и полки с картриджами. В 90-е на рынке Кадака такие картриджи в футлярах и с инструкциями (полнокомплектные) встречались очень редко.

За этот первый месяц работы нам принесли очень много приставок. Один мужчина принес советскую приставку «Видеоспорт» 1981 года в рабочем состоянии, а также какие-то игры и дополнения, которые сложно найти даже на eBay. И он бесплатно нам ее отдал. Я не успел еще сделать о нем историю, потому что это настолько интересная коллекционная вещь, что я выжидаю специального момента, чтобы рассказть об этом. Кроме того какие-то вещи мы купили за свои деньги, найдя коллекционеров. Благо коллекционеры из Эстонии, они продали что-то намного дешевле. Например, теперь у нас есть ZX Spectrum – старый компьютер, где игры загружаются с аудиокассет, – мы очень его хотели. Теперь нам не хватает еще Commodore. Кстати, сейчас Камиль во Франции, где он покупает очередные приставки и ищет необходимые для музея вещи.

Что показывает первый месяц работы? Насколько это все рентабельно?

Как ни странно, оказалось рентабельно. Признаюсь, я сам до конца в это не верил. Я думал: будет интересный опыт, попробуем. Казалось, что понадобится несколько месяцев, чтобы как-то выйти в плюс, но в первый же месяц мы смогли покрыть коммунальные расходы, аренду и даже неможко на зарплату хватило. Наверное, это потому, что мы оказались настолько уникальным местом. В Прибалтике другого такого нет. Я знаю, в Финляндии есть подобный музей. В Риге есть бар, где можно поиграть в игры, но это немного другое – это место, где можно просто выпить пива и с друзьями поиграть в Super Nintendo. А у нас безопасное место для всей семьи. Тут и папе, и ребенку есть, во что поиграть. К сожалению, не всегда весело мамам, но мы поставим кофейный аппарат, принесем побольше разных журналов и неможнко расширимся, чтобы занять и их. У нас и настольных игр много – штук 50-60, и мы будем докупать еще. Это будет просто такое хорошее место, где можно быть спокойным, что ребенку весело, и в то же время нет игр, которые запрещены для детей. Например, игры с кровью, с более жестким содержанием. В основном у нас Соники, Марио и гонки. Конечно, есть игры более серьезные, Quake, Doom или Mortal Kombat, и если спросите, мы их включим для вас. А так на экранах ничего опасного нет.

А какая у вас модель оплаты?

У нас почасовая оплата. Сколько играли, за столько и заплатили. Один час минимум, потому что билет у нас довольно дешевый. На рабочей неделе взрослому человеку полный билет стоит четыре евро в час, а на выходных и в пятницу – пять евро в час. Учитывая цены в Эстонии, особенно цены в некоторых музеях, – это не так страшно.

У нас все-таки очень большие счета за электричество.

Мы рассчитали, что при такой стоимости мы можем как-то покрывать наши расходы. Студенту и ученику все на евро дешевле, а ребенку до восьми лет – еще на евро дешевле. На рабочей неделе для детей билет всего два евро в час. Еще мы не берем дополнительных денег, если вы были дольше на пять-десять минут. Цены у нас достаточно низкие, и если у нас вдруг станет меньше посетителей, нам станет тяжело. Парочка дней рождений в месяц или парочка корпоративов нам бы очень помогли. Для этого мы тоже подготовили место. Есть проектор, колонки, микрофон. Есть также место с кухней, гардероб, столы и стулья. Что же касается вместительности музея, то здесь наиболее удобно, когда одновременно собираются человек 30.

Какие самые ценные экспонаты можно встретить в вашей коллекции? И какие приставки пользуются наибольшей популярностью среди публики?

Очень интересна ситуация, когда наши самые дорогие экспонаты пользуются наименьшей популярностью, потому что люди просто не знают, что это. Все-таки наш музей – это больше про ностальгию, и когда люди видят Dendy и первый PlayStation, они идут играть в них. Уже потом они обращают внимание, что у нас в углу стоит какая-нибудь очень редкая и старая портативная приставка из Японии, например, «Цементная фабрика Марио». Или Sega Saturn – приставка, которая очень плохо продавалась и была в свое время провалом, но все равно на ней есть интересные игры. Многие изначально проходят мимо нее. Касаемо редкого – у нас есть портативная приставка Game Boy 1989 года выпуска с веб-камерой. Она, понятное дело, черно-белая. Для нее в свое время еще продавался принтер, правда его мы еще не достали. Но веб-камера есть. И очень смешно, когда на старом черно-белом Game Boy можно увидеть себя, а потом еще с этой фотографией что-то делать, рисовать на ней. Еще у нас есть очень редкие картриджи для Super Nintendo. Например, Mega Man X. Он сейчас стоит 125-145 евро. Я видел его только в Хельсинки, когда ездил туда за всякими проводами. Еще у нас есть от оригинальной Nintendo, NES (мы-то, понятно, играли в основном в желтые картриджи на Dendy, но это же все китайские подделки) оригинальные картриджи: серые, большие, квадратные. Некоторые из них сейчас стоят 125 евро. Благо, нам удалось достать их не за полную цену. Также у нас три экземпляра Super Nintendo – каждый из них стоит по 150-200 евро. Что касается амортизации приставок, то что-то мы можем чинить сами, однако мы планируем с прибыли каждый раз откладывать деньги, и если что-то будет на рынке появляться, то закупать запасные копии.

Кто в основном к вам приходит? Это люди 30+, которые ностальгируют, вспоминают начало 90-х, как они играли в эти игры, или, может быть, молодому поколению это все тоже любопытно?

Изначально по проекту у нас было три основные аудитории: те, кому за 40, ностальгия; дети и школы – чтобы к нам классы приходили, и третья – семьи. По окончании первого месяца можно сказать, что аудитория у нас оказалась с очень большим разбросом. Иногда после школы приходят дети. Сами.

Самое интересное, что эти дети знают о приставках очень много, потому что насмотрелись на YouTube разных видео.

Есть настоящие фанаты этого дела: мальчику десять лет, а он мне рассказывает всю историю Sega Master System – приставки, о которой почти никто в Эстонии не помнит и не знает.

Dendy с бессмертной Contra, Sega Master System с восьмибитной версией Sonic the Hedgehog и Atari Flashback с чем-то танкоподобным. На фоне — картриджи от Sega Master System.

Приходят группы взрослых мужчин поиграть в Tekken и FIFA. Студенты. Однажды приехали аж из Риги. Фанаты аниме, которые хотят поиграть в очень специфические игры – благо они у нас есть. Иногда вечером приходят ребята, которые говорят, что им просто некуда пойти и не с кем провести свободное время. И им приятно, что здесь они могут найти единомышленников. Один парень из России учится сейчас в ТТУ и пишет музыку на компьютере ZX Spectrum и Commodore – ему это место интересно с технической точки зрения. Художникам интересно изучить здесь что-то с точки зрения гейм-дизайна.

Музей – это ваша основная работа, или приходится с чем-то совмещать?

Для Камиля это будет скорее всего основное рабочее место. Для того, чтобы все довести до ума, он даже ночевал здесь. Он собирается приглашать художников, известных людей, проводить здесь семинары, мастер-классы, потому что помещение очень подходит для этого. А для меня это второе рабочее место, потому что, как вы понимаете, пока оно не может прокормить нас. Я сейчас работаю в молодежном центре Пыхья-Таллинна, занимаюсь там молодежными проектами. Патрик, Аннели и Сигрид – студенты, которые нам безвозмездно помогают. И я очень надеюсь, что мы вскоре сможем оплачивать их работу.

Откуда сейчас такой интерес к ретро-консолям и ретро-играм? Можно ли эру восьми- и шестнадцатибитных приставок назвать золотым временем гейминга, когда фантазия помогала компенсировать несовершенство графики?  

Это серьезная тема. Однозначного ответа тут нет. Я не считаю, что это была золотая эпоха. Поскольку у нас здесь был Советский Союз и, как говорят, «колпак», к нам все пришло немного позже. У нас до последнего были пиратские приставки Dendy, а потом мы сразу же переключились на первый PlayStation. Мне кажется, несколько лет назад в целом пошла мода на ретро. Несколько успешных ретро-проектов прошли на Kickstarter – речь не только об играх, но и о фильмах. Это же касается и музыки. Многие видеоклипы снимаются в стиле 80-х и 90-х. Магазины, где можно купить старые вещи, старую мебель всегда полны людей. И отчасти я решился на этот проект, потому что почувствовал некую волну.

Проекты, похожие на наш, успешно стартовали в Англии и Германии несколько лет назад.

В Финляндии отстроено гигантское здание музея видеоигр–тема пользуется интересом среди людей. Сыграла свою роль и пиксельная графика, особенно 16-битная, вроде той, что на SuperNintendo. Она настолько красивая! Если включить первый PlayStation, можно заметить, как устарели игры и их механика. А в Соника или Марио играть так же весело. И самое интересное, сейчас в телефонах дети играют во что-то очень похожее, эти дешевые или бесплатные игры, которые они качают на PlayMarket, по механике очень похожи именно на старые игры. И когда они приходят в музей ретро-приставок, для них это не что-то старое, а вполне обычное. Забавно, что некоторые современные дети не умеют нажимать на кнопки и даже не могут поначалу найти на джойстике Start. Есть и свои проблемы. Я заметил, что для многих детей старые игры слишком сложные. Они пробуют две-три минуты, а потом переключаются на другую игру или приставку. Они как будто бы не готовы к тому, что могут проиграть. Во многих новых, особенно дорогих играх есть такой нюанс, что когда ты умираешь, ты, что ли, очень маленькую цену платишь за это… Появляешься на том же месте…

Правило Press to win

Да-да, именно так. Ты просто бежишь вперед и рано или поздно проходишь раунд. Или на легкой сложности в принципе умереть очень сложно. Что же касается старых игр… Вот многие видят первого врага в Марио, и почти все наши юные посетители тут же на нем умирают. Они умирают на нем и во второй раз. И третий. И потом идет Game Over. И они в печали.

Во что вы сами играете?

С детства я любил собирать вещи. Иногда это ужасно, иногда полезно – вот как в случае с музеем, например. То я собирал фишки, то наклейки, и когда все стали избавляться от своих Dendy, я стал зачем-то и это все собирать. Когда мне было 14-15 лет, я стал зарабатывать какие-то деньги и начал покупать различные старые приставки, игры от них. Но самое ужасное, что я не особо в это все играл, а просто собирал. В какой-то момент у меня была довольно большая коллекция. Я писал статьи для сайта tvgames.ru и всегда был заинтересован историей приставок. В 2009 году я почти всю свою коллекцию продал и уехал в Южную Корею искать себя. Потом некторое время занимался различными проектами, путешествовал по Европе и Азии. И после этого я стал собирать все заново. При этом играл понемножку, скорее, чтобы проверить, что диск работает или картридж исправен. Всегда следил за историей и новостями гейминга. Всегда был в курсе новинок. Особенно сейчас эти знания стало важно пополнять. У меня же музей ретро-консолей! Однако пока что я в нем еще ни во что не играл. А так недавно прошел третью часть Uncharted. Еще на третьей PlayStation поиграл в такую малоизвестную игру, как Puppeteer. Я очень люблю игры, которые имеют интересный сюжет, глубокую задумку, выискиваю какие-то необычные игры. Чтобы не просто поиграть, но и задуматься. Много играть не получается, но если что-то нахожу, то прохожу до конца.

Есть экспонат для коллекции, о котором вы мечтаете, но он является труднодоступным?

Автор нашел и свою первую приставку и по совместительству основу для клонов Dendy — Nintendo Entertainment System (или NES), счастливым обладателем которой он был лет 25 назад. Даже первая игра та же — Super Mario Bros 3, на фото справа. А вот световой пистолет для стрельбы по уткам был просто серый.

Скоро у меня исполнится одна мечта. Благодаря Камилю, к нам из Франции приедет очень редкая приставка Vectrex. Она встроена в телевизор и  особенна тем, что выводит на экран векторную графику. И это при том, что приставка вышла в 80-е годы. Это невероятно, что в те времена таким образом была доступна векторная 3D-графика. Очень необычная технология, которая в какой-то момент просто пропала, о ней долго не вспоминали, и она вернулась только во времена первого PlayStation, Sega Saturn и Panasonic 3DO. Кстати, 3DO у нас тоже еще нет. Он у меня был, но я, дурак, его продал. И потом понял, что мне его не найти. До сих пор ищем. Если нам что-то и попадается, то из-за цены предпочитаем подождать еще. Также очень хочется достать Virtual Boy – в 90-е была предпринята попытка создания шлема виртуальной реальности от Nintendo.

Есть ли современные игры, которые в будущем выдержат испытание временем и станут такими же культовыми, как тот же Марио или Соник?

Я думаю, что да. Но я боюсь предположить, как это будет выглядеть. Мы выросли на каких-то иконах: Соник – это Sega, Марио – это Nintendo. Сейчас же почти все игры слишком сильно уходят в реальность. Я не представляю, как мы все это будем воспринмать спустя 20 лет. Это не какой-то особенный персонаж, как Марио, Соник… Есть современная игра, которая уже стала легендарной, – The Last of Us. Главные герои–пожилой мужчина и девочка-подросток. Будем ли мы их вспоминать через десять лет как легендарных игровых персонажей? Не знаю. Mega Man он и есть Mega Man. Синий. Бегает. Даже сейчас игры про него выпускают. Обязательно будут такие иконы, но кто именно – ответить затрудняюсь.

Фото: автор и Андрейс Русиновскис.

Дан Ротарь

Дан Ротарь

Дан Ротарь – журналист, музыкант, а также создатель и один из редакторов журнала о культуре ПЛУГ. Журнал регулярно выходит с 2009 года и рассказывает о трендах, событиях и персоналиях культурной жизни Эстонии. Параллельно Дан работал в ряде местных изданий, вел авторскую передачу на Радио 4 «Барабан», а также принимает участие в организации различных культурных мероприятий. Читать статьи (1)