Гимназисты о выборах в Европарламент: молодежь убеждена, что все так и будет хорошо

Фото: Таллиннская еврейская школа.

В Эстонии и других странах-членах Европейского союза полным ходом идут выборы в Европейский парламент. Для тех, кто в силу возраста пока еще не может голосовать, но хотел бы поближе познакомиться с работой главного общеевропейского законодательного органа, существует проект Euroscola – однодневная симуляция заседания Европарламента во французском Страсбурге, куда съезжаются школьники со всего континента. На ноябрьской сессии Euroscola Эстонию представляли гимназисты Таллиннской еврейской школы. Мы расспросили ребят об их впечатлениях от симуляции парламента и взглядах на будущее Европы.

Вы съездили в Страсбург на проект Euroscola, что он из себя представлял?

Мария Ивахненко: Я участвовала три раза в симуляциях Европейского парламента в Эстонии – это, конечно, несравнимо, потому что у нас все на очень примитивном уровне. На Euroscola в Страсбурге ты понимаешь, что в жизни все не так легко, как это было нам предоставлено. С другой стороны, удивило то, что во время игры был нарушен главный принцип: все равны. С учетом того, что ты попадаешь в группу, где больше людей одной национальности, у тебя сразу понижаются возможности чего-то достичь. К сожалению, никто из наших ребят не попал в число докладчиков. Зато, в отличие от настоящего Европарламента, у нас было равное количество «депутатов» от каждой страны. Нам, как жителям маленькой страны, наверное, не просто прочувствовать на себе, как все работает на самом деле. На месте все решал язык: владение английским было крайне важно.

В чем состояла ваша мотивация туда поехать?

Хейти Тальвик: было интересно посмотреть, где эти люди работают, как устроена система, и т.д. Когда мы участвовали, было очень много других выступающих. Я солгу, если скажу, что интересно было постоянно, но увидеть парламент изнутри – в этом и был весь интерес.

Мы же не думаем каждый день о том, как устроен Европарламент. Если есть такая возможность – то следует ей воспользоваться.

Элина Пост: я ездила в прошлом году в Брюссель, и там была группа поменьше. От Европарламента в Страсбурге у меня другие впечатления, потому что в Брюсселе мы наблюдали работу: видели, что депутаты и сотрудники ходят, общаются и т.д. А в Страсбурге – как будто просто огромное пустое здание, сидишь и кнопочки нажимаешь. Не сильно верится, что тут сидят люди. Во-вторых, в Европарламенте было очень много школьников, и это в какой-то мере понижает работоспособность: хочется посмотреть на мальчиков из Греции, разглядеть, во что одеты ребята из других стран, и поэтому ты не спешишь отвечать на вопросы, т.к. знаешь, что здесь куча людей, которые могут это сделать за тебя. Когда группа меньше, то можно лучше сосредоточиться.

Но ведь это и есть один из смыслов программы: сделать так, чтобы вы общались со сверстниками из других стран.

Э. П.: да, это было очень заметно, когда после обеда нам дали задание, которое надо было выполнять в командах, состоящих из представителей разных стран. Я заметила, что многим было очень тяжело просто подойти к незнакомому человеку и сказать: давай сделаем работу вместе. С другой стороны, это всего лишь викторина – вы ответили на вопросы, и все.

Вы заметили какое-то сходство в позициях и мнениях настоящих стран-членов ЕС и ребят, которые их представляли?

Э. П.: было очень показательно с ребятами из Англии. Они так прямо и говорили: «мы не хотим уходить! Может быть это последняя речь нашей страны, которую мы здесь произносим». Сидят, и чуть ли ни со слезами на глазах говорят, что не хотят уходить из Евросоюза.

М. И.: да, было очень иронично, когда одним из спикеров стала девочка из Англии и вопрос был как раз о будущем Евросоюза. На что она ответила с усмешкой: «ну, вообще, я не знаю, как это меня коснется через пару лет».

Х. Т.: некоторые приехали просто посидеть, как будто их заставили. Зачастую в группах большинство просто сидело и смотрело в пол, а не участвовало в обсуждении.

Когда в конце симуляции было голосование в большом зале, я заметил, что по нейтральным и более позитивным темам почти все голосовали «за». Когда обсуждались темы миграции или чего-то более сложного, противоречивого и активно обсуждаемого в обществе – было гораздо больше голосов «против».

Э. П.: да, когда темы сложнее и не такие однозначные, времени на обсуждение может попросту не хватить и донести более сложные мысли не получится.

Х. Т.: многие просто сидели и пытались пережить этот день, потому что не были заинтересованы. Так что не все, наверное, голосовали с умом.

Насколько до вас вообще доходят дискуссии и новости о происходящем в Европейском парламенте?

Э. П.: они лучше доходят, если спикер общается с маленькой группой. То, что нам говорили в парламенте, уже некоторое время спустя вспомнится с трудом. Но то, что нам больше года назад говорили в Европейской комиссии – запоминается гораздо лучше. То же самое, когда люди приходят в школу, можно задать вопрос, и человек смотрит тебе в глаза и пытается что-то разъяснить.

М. И.: мне кажется, проблема незаинтересованности молодежи в происходящем происходит от разочарования. Чем дальше, тем больше понимаешь, как сложно по-настоящему на что-то повлиять. Вроде бы есть все возможности, но из-за проблем с переводом или чем-то другим что-то не выходит. И то, благодаря нашему учителю и школе мы имеем возможность участвовать в разных проектах, попасть в Европарламент и т.д. У многих ребят в других местах таких возможностей нет.

Когда в Великобритании прошло голосование по т.н. Брекзиту, то выяснилось, что явка была наиболее высокой среди тех, кто постарше. Молодые избиратели в основном остались дома, хотя они ведь извлекут больше всего выгоды из членства в ЕС. Почему так происходит?

Э. П.: я думаю, молодежь растет в мире без войны. У них в головах нет представления о том, что что-то может быть плохо и по-другому. Они родились уже в спокойное и благополучное время, и считают, что все так и будет хорошо.

Люди старшего поколения могут сопоставлять опыт, накопленный в разное время. Молодых же больше волнуют личные занятия.

Х. Т.: молодежь также верит, что их голос ни на что не повлияет. Может, что-то чуть-чуть изменится, но если не пойти – ничего не изменится, лучше и время на это не тратить.

Из вас двоим меньше 18. Но если бы было больше 18 – вы бы пошли голосовать на выборах в Европарламент?

Х. Т.: да, это моя гражданская позиция. Вроде бы всего один голос, но даже один голос вкупе с другими может повлиять на мою жизнь в самых различных сферах, о которых я даже могу не подозревать.

М. И.: нет. Я не вижу достойных кандидатов, и мне кажется, что уровень коррумпированности в Эстонии оставляет желать лучшего.

Э. П.: нет. Мне кажется, то, что мы испытали в Европарламенте – это очень хороший показатель. Слушают людей с хорошим английским, людей из больших стран. Можно что-то сказать, но вероятность быть услышанным – очень маленькая. Максимум – нажимать красную или зеленую кнопочку.

Но в настоящем парламенте все ведь переводится на языки стран-членов…

Э. П.: в любом случае, у Европейского союза есть определенная позиция, и человек, который захочет привнести какие-то большие изменения, крайне маловероятно сможет кого-то переубедить и повлиять на то, как сейчас развивается и куда идет Европейский союз.

Х. Т.: другими словами, очень сложно быть личностью, которая может повести за собой других. Люди скапливаются внутри системы – и кто-то сильный ведет эту массу за собой. Всегда нужно присоединяться к кому-то, доказывать, искать компромиссы, и так постепенно отдаляться от своих идей.

Если посмотреть в перспективе десяти лет – какие сферы кажутся вам наиболее важными и требующими изменений?

М. И.: наверное, надо сконцентрироваться на подрастающем поколении. На молодежь навешивается очень много ярлыков. Зачастую занимаешь позицию: если им это не надо, то зачем мне что-то делать?

Э. П.: я думаю, это защита окружающей среды и забота об экологии. Жители развитых стран производят и потребляют слишком много. Нужно активнее пропагандировать меньшее потребление. Ничего не будет важно – ни образование, ни экономика, ни военная ситуация – если у нас будут такие проблемы с природой и мы просто не сможем тут существовать.

Х. Т.: если мы хотим заботиться об экологии и молодежи, то надо сосредоточиться на обучении и образовании. Надо уделять больше внимания тому, что и как мы изучаем. Свою образовательную систему надо улучшать за счет конкуренции с другими странами.

Материал был подготовлен при поддержке бюро Европейского парламента в Эстонии.

Иван Лаврентьев

Иван Лаврентьев

Иван Лаврентьев – главный редактор rus.Edasi.org. Он окончил университет по специальности история и обладает 8-летним опытом работы в сфере коммуникации. Читать статьи (23)