Мариан Вызуметс: новый уровень выгорания

Современному человеку для выгорания больше не нужно начальства, которое требует переработок. Он сам со всем замечательно справится, а помогут ему в этом всемогущие технологии.

По определению, выгорание – это состояние эмоционального и интеллектуального истощения, при котором человек становится все более равнодушным к своей работе, а его компетентность падает. Выгорание снижает самооценку в отношении своей профессиональной деятельности и, усугубившись, может распространиться и на личные качества. Пропадает энтузиазм, ухудшается здоровье и растет неудовлетворенность, в результате чего страдает качество работы. Словарь Urban Dictionary дает еще более жесткое определение, добавляя со своей стороны: «непрофессиональное поведение, отказ от выполнения какой бы то ни было работы и заметное безразличие» (1).

Невыносимая легкость переключения

Месседж рекламной кампании нового iPhone в 2009 году звучал так: «И для этого найдется приложение». То есть теперь все утомительные задачи будут выполняться быстрее, лучше и на экране. Спустя десять лет следует признать, что умные технологии не выполнили своего обещания: жизнь активно взламывается и в профессиональной, и в частной сфере (2).

Технологии способствуют постоянному переключению по несколько раз в час, не говоря уже о дне. Это значит, что мультитаскинг стало сложнее отслеживать, потому что мы занимаемся им умственно, а не физически. Параллельно с выполнением работы мы можем обнаружить себя в процессе управления другими проектами, заказа посылок, которые доставляют роботы, и общения с бытовой техникой. Эффективность-то какая! Но факт в том, что так хоть и можно успеть сделать больше в более короткий срок, мы все равно останемся в долгу у самих себя.

Хоть повседневная логика и сопротивляется, спрашивая, не будет ли разумным каждый свободный момент использовать целесообразно, если имеется такая возможность? Выполнение работы редко бывает линейным, у многих из нас оно хаотичное, так что почему бы и нет? Все было бы очень просто, если бы наш мозг и способность концентрироваться так же хорошо выдерживали переключения, как и сами технологии. Но каждое новое действие требует внимания, нового подхода и смены контекстных знаний. Другими словами, интеллектуального ресурса.

Освободившееся время не является свободным

Новые решения сокращают расстояния и очереди, даже не нужно напрягаться, чтобы открыть кошелек! Соответственно, у нас должно быть соразмерно больше свободного времени. А теперь поднимите руки те, у кого сегодня больше свободного времени, чем пять лет назад?

Экономя время за счет рутинных действий, мы высвобождаем новый временной ресурс, который нужно как-то использовать. Технологии помогают сократить объем задач, но побуждают нас к тому, чтобы расширить их список. Слишком часто мы не воспринимаем свободное время как победу, а автоматически приравниваем его к лени. Избегать такой «аномалии» особенно рекомендуется в рабочей среде: как в коллективной, так и в индивидуальной.

Что касается последней, то я осмелюсь утверждать, что тут риск выгорания даже выше. Отношение к возложенным на самого себя обязательствам гораздо серьезнее, иначе мы бы их на себя не возлагали, если бы ожидаемый результат не был нам важен. Мы постоянно находимся на связи и следим за процессами в режиме реального времени, что очень мотивирует, но если убрать фильтр виртуальности, то со стороны это будет выглядеть, будто мы стоим на обочине раллийной трассы и круглосуточно болеем сами за себя. А это ужасно утомляет.

Как перфекционист, который уже пошел на поправку, я могу сказать, что нет худшей муки, чем находиться в период интенсивной работы в одном помещении с компьютером и не включать его. Осознание этой возможности лишает любого удовольствия от других видов деятельности, потому что находящийся в двух метрах от вас квадратный символ работы – мастер по генерированию чувства вины. Даже если все необходимое сделано, всегда можно сделать больше. В какой-то момент я обнаружила, что могу обрести покой только в процессе выполнения работы.

Успех на любой платформе

С каждым днем и месяцем сама суть работы меняется даже в самых классических сферах деятельности. Руководитель издательства британского агентства талантов Gleam Futures Эбигейл Бергстром занимается – как и говорится в названии ее должности – издательством книг. «Сделанные» ей авторы постоянно занимают верхние строчки рейтингов рекомендаций к прочтению в The Sunday Times, The Observer и в The Stylist. По какой формуле?

В подкасте In Good Company, где Бергстром раскрывает закулисье цифрового предпринимательства, она описывает, как в издательском мире изменилось все: от критериев выбора таланта (автора) и освещения тем до книжного маркетинга. Сделки заключаются в основном с теми, у кого уже есть своя аудитория. Уже пару лет назад социальные сети перестали быть местом случайных кликов, а стали платформой для активизма, предпринимательства, продвижения социальной справедливости и прочих прогрессивных идей. Изначально таланты именно там и рождаются.

Если раньше существовал четкий путь от написания рукописи до публикации и презентации книги, то теперь все усложнилось, если учитывать объем невидимой дополнительной работы. Одной только хорошей истории недостаточно – автор должен быть в курсе особых интересов читателя: какие хештеги он использует, во сколько и какой контент он хочет читать? Книга должна вписываться в контекст популярных тем и гарантировать продажи еще до ее отправки в печать. Важную роль в этом играет мелькание автора на экранах потенциальных читателей в те моменты, когда его месседж удачно ляжет на восприятие адресата.

Нередким является и создание еще большего количества дополнительных платформ. Эмма Гэннон, которая написала бизнес-бестселлер The Sunday Times о работе мультиталанта в цифровую эпоху, после своей первой книги «Ctrl Alt Delete: How I Grew Up Online» начала вести подкаст, который должен был ограничиться шестью выпусками для рекламы глав книги. На сегодняшний день у подкаста Гэннон больше 4 миллионов подписчиков в Spotify, новая книга, а также место в списке Forbes среди 30 самых успешных медиа-талантов возрастом до 30 лет.

Гэннон признает, что системное выгорание является неотъемлемой частью такой карьеры. Монетизация своего дара и индивидуальности абсолютно не представляет собой ничего невозможного, ведь все платформы, которые интернет для этого предлагает, нуждаются в обслуживании. Понятно, что это лишь один из примеров, но тот факт, что издательства сливаются с агентствами талантов, говорит сам за себя.

Выгорание в самом алгоритме

То обстоятельство, что происходящее в интернете, увиденное и сказанное там кажется нам более увлекательным, чем реальная жизнь, все меньше перестает быть какой-то случайностью. Вероятно, мои интересы отличаются от интересов моего соседа, и если показать нам доску объявлений с одинаковым содержанием, то нам обоим быстро наскучило бы ее читать.

Недавно я брала интервью у эксперта по киберпространству Микко Хюппонена, который подтвердил новый постулат еще до того, как я успела представиться: данные – это новая нефть. Многие с этим спорят, утверждая, что информация еще мощнее, она обладает гораздо более разносторонним потенциалом. В любом случае большие данные – это капитал, который приведет человечество к следующим достижениям, но если они в большом объеме сосредоточатся в одном месте, то это может принести много зла. На индивидуальном уровне мы еще не протестуем, потому что кажется, что выгода перевешивает ущерб.

Потребляемый нами в интернете контент напрямую связан с тем, чем мы, как нам кажется, занимаемся за пределами интернета. Но только – как нам кажется, потому что зачастую мы организуем жизнь вне интернета все в нем же: в чатах, сообщениях, заказах посылок, а может даже и с помощью Алекса или Сири. Если во время чата с другом использовать значок евро или доллара, то вскоре можно получить предложение на получение кредита или инвестирование. Если вываливать в чат кучи сердечек и звездочек, то совсем скоро Facebook пригласит вас на тренинг духовного роста. Кажется знакомым? Большая часть такой деятельности однозначно незаконна, но, учитывая гигантский доход от продажи данных, на месте каждой фирмы вроде Cambridge Analytica (3) появится новый посредник. Все для того, чтобы держать человеческую душу в узде и зарабатывать на этом. Навряд ли первичная цель крупных корпораций состоит в том, чтобы потратить интеллектуальные резервы людей (а не материальные), но для индивидуума это несомненно станет сопутствующим побочным эффектом.

Это несет угрозу не только неприкосновенности нашей конфиденциальности и досуга, но и подрывает отношения между людьми. Наш опыт реальной жизни все больше опирается на виртуальные доски объявлений, что выражается в настолько повседневных деталях, что мы уже не чувствуем связи. Вы когда-нибудь заходили в профиль своего френда на Facebook, чтобы с удивлением обнаружить, что человек занимается каким-то очень интересным делом и каждый день пишет посты, но вы об этом ничего не знали? Видимо, Facebook решил, что для вас важнее другие вещи. И решил он это, исходя из того, что вы посещали фестиваль фолк-музыки в Вильянди или заказывали на Amazon тостер.

Проблема в том, что опыт реальной жизни начинает расходиться даже у людей, живущих в близких отношениях или в семьях.

Нам кажется, что в обществе происходят те и только те события, о которых мы знаем. Посредством технологий мы понимаем, что вокруг нас возрастает доля одних мнений и сокращается доля других мнений, из-за чего точек соприкосновения в реальной жизни становится меньше, а возможностей столкновения – больше.

Со временем становится тяжело переносить взаимное непонимание и чувство одиночества в своей «персональной реальности», а отсутствие эмпатического контакта с человеком лишает необходимого буфера для предотвращения любого другого вида истощения. Возникает ощущение, будто мы остались наедине со своим опытом, потому что даже близкие люди пребывают – каждый в своем углу – в абсолютно уникальной реальности.

Но отключиться от нее – не вариант

Все больше становится людей, которые помимо основного рабочего места проживают параллельную рабочую жизнь. Я сама – одна из них, и я не вижу, чтобы это было возможно без интернета. Я могу испытывать свои силы в таких сферах деятельности, которые я не хочу превращать в профессию или куда я не решилась бы перейти в одночасье. Было бы грех жаловаться, что интернет меня ущемляет, потому что личностный рост и новые знакомства постоянно подтверждают, что я и должна кататься на этой карусели. Каждый раз, когда я отказываюсь от отдыха, кажется, что это решение вознаграждает меня. Я, конечно, не единственная такая, наоборот, на этой карусели уже достаточно многолюдно.

Благодаря технологиям у каждой хорошей идеи имеется потенциал роста. Более подробно я писала об этом в статье для эстонской версии Edasi.org «Карьера-портфолио пришла, чтобы остаться», и нет никаких сомнений в том, что экономическая деятельность с меньшим количеством промежуточных звеньев, где человек сам монетизирует свои навыки, это наше реальное будущее. Только вот компетентность должна быть лучше – соразмерно отсутствию промежуточных звеньев. Проще говоря, это значит объединение нескольких ролей в одном человеке и рост степени ответственности (читайте: напряжения).

Хотя возможностей будет всегда больше, чем мы в состоянии опробовать. То, что любой из нас может делать все, что ему заблагорассудится, это, несомненно, самый большой Троянский конь технологической эпохи. Мы чувствуем вину за то, что не приняли этот увлекательный вызов, потому что нового может уже и не быть. Мы чувствуем вину за то, что не заполняем свободный момент «быстрой работой», ведь у нас же есть такая возможность. Мы почему-то не хотим осознавать (или верить?) в то, что иллюзию постоянного отставания от поезда технологии только усиливают.

Выгорание – это очень просто. Первый раз – бесплатно

Более трети рабочей силы Великобритании испытывает беспокойство, депрессию или стресс. Практически половина из тех, кто из-за перегрузки ушли на больничный, испытывают из-за этого чувство дискомфорта и дополнительной тревоги. Причем, финны обнаружили, что мужчины чаще решаются брать из-за выгорания больничный, чем женщины. В 2016 году порядка 50% американцев признали, что испытывают постоянное чувство изможденности из-за работы, двадцать лет назад этот показатель составлял 18%. Что изменилось за это время? Технологии.

Самый избитый, но в то же время наиболее экзистенциальный вопрос человека 21 века с лэптопом в руках, который думает, что весь мир у его ног, звучит следующим образом: «А когда же я начну жить?». Честный ответ следующий: такой жизни, как у наших родителей, у нас уже не будет никогда.

Работа стала частью идентичности, чувство безопасности в прошлом, а выгорание – это константа.

Я по-прежнему не буду утверждать, что это плохое изменение. Однако мы могли бы больше осознавать, что мы живем в уникальный период перехода от традиционного мира к цифровому, когда старое больше не действует, а новое еще не существует. Превознося гибкость, мы должны говорить и о закодированном в ней выгорании. Когда мы постоянно крутимся, как белка в колесе, то ничто другое не потребляет столько эмоциональных резервов, и ни один алгоритм не сможет повернуть это вспять.

Назад в прошлое – не решение

Более актуально было бы поинтересоваться, какие из предложенных вариантов стоит попробовать. На что интеллектуального ресурса хватит, какими приложениями следует пользоваться? Гибкость и выгорание напрямую связаны друг с другом: увеличивая одно, возрастает вероятность другого.

Зоны, свободные от технологий, ограничение времени использования интернета и прочая пещерная логика подобного ограничения – это тоже уже чересчур. Такие решения просто не работают, да и нет смысла рисковать, если наступит чрезвычайная ситуация. Как показывает мой опыт, вместо закостенелых правил гораздо эффективнее будет установить цели использования технологий. С какой целью я в определенный момент использую компьютер, телефон или другие устройства, и что мне там не нужно искать? Какие данные нужно и не нужно вводить?

Вторым ключевым фактором является понимание особенностей того, как вы работаете. Работайте в моменты максимальной продуктивности – например, полуторачасовые марафоны концентрации внимания в целом являются более продуктивным способом что-то сделать, чем просто пялиться весь день в экран. Что я могу успеть сделать за следующие полтора часа, реально ли это? Как я буду отдыхать и восстанавливаться между рабочими сессиями?

Постановка цели ускоряет и повышает эффективность деятельности, связанной с использованием технологий. Мы зашли за конкретной информацией, а не просто поглазеть, кто там что предлагает. Причем, сама по себе цель может состоять и в том, чтобы просто убить время, узнать, как наши друзья проводят отпуск. Если мы разблокируем экран с конкретной целью, то мы получим от выбранной деятельности более яркие эмоции, чем от того, что будем постоянно что-то делать за счет чего-то другого.

Поскольку интернет объединяет и усиливает именно то, что нас интересует, зачастую очень сложно убедить себя в том, что что-то может существовать и без нашего участия. Всегда найдется что-нибудь, что нас никак не касается: инициатива, мероприятие или пункт назначения. Хотя этот парад нескончаемых возможностей самореализации, которые находятся прямо у нас в руках, и является очень соблазнительным, можно успокаивать себя мыслью о том, что все действительно возможно, но из этого всего придется что-то выбирать.

И время от времени можно было бы выбирать себя. Самое простое стало самым сложным: как долго вы сможете просто сидеть и смотреть в окно, не начав при этом физически испытывать чувство тревоги? Я уже и сама пытаюсь смириться с мыслью, что в моей жизни не наступит такого момента, когда мне перестанут приходить оповещения. Что если прекратить придумывать дополнительные занятия под вывеской хакинга и оптимизации, если начать относиться к высвобожденному времени так, как изначально и предполагалось к нему относиться – как к победе, которую обеспечили технологии? В конце концов, на карту поставлено наше душевное благополучие, эксплуатация которого рано или поздно даст о себе знать.

(1) Frequent displays of unprofessional behaviour, a blithe refusal to do any work, and most important, a distinct aura of not giving a shit.

(2) Life hacking – приемы и навыки, которые повышают эффективность и продуктивность в любой области.

(3) Cambridge Analytica Ltd – британская консультационная фирма, собиравшая и продававшая полученные незаконным путем данные в общей сложности 87 миллионов пользователей Facebook. Собранные данные использовались для политических кампаний Трампа и Брекзита. Фирма прекратила деятельность после скандала в 2018 г.

Мариан Вызуметс

Мариан Вызуметс

Мариан Вызуметс – журналист телеканала Kanal 2. Читать статьи (1)